Куинджи Архип Иванович  
 
 
Продажа шланговых насосов для дозирования фармацевтических продуктов.
 
 


Архип Куинджи и европейские импрессионисты XIX века

Известно, что свою творческую карьеру пейзажиста Куинджи начал с нескольких картин, выполненных в полном соответствии с заветами художников-передвижников: "На острове Валааме", "Забытая деревня", "Чумацкий тракт в Мариуполе". Убожество русской деревни и русской природы выражалось в них скупой, мглистой гаммой красок, так непохожей на взрыв света в будущих шедеврах художника. Эти первые пейзажные работы Куинджи были встречены демократической прессой с великим одобрением и в 1875 году он был принят в члены Товарищества Передвижных Художественных Выставок. С 1870 до 1875 года Куинджи находился во власти идей передвижников, а в 1876 году, после своей поездки во Францию, решительно и безвозвратно порвал с ними.

Подходы к импрессионизму наметились у Куинджи именно в середине 1870-х годов. Они казались отдыхом от интенсивной декоративной живописи того времени, словно ее бледной тенью, своего рода слабым, едва намеченным подмалевком. Притом что все известные передвижники того времени дружно критиковали импрессионистов (кроме Левитана), Куинджи проявлял к ним заметный интерес. Однако у него нигде не наблюдается буквального применения импрессионистического метода, как это случилось с Константином Коровиным или Игорем Грабарем. Отношение его к импрессионистической технике было не таким прямолинейным и простым, а гораздо более сложным и творческим. Куинджи оказался близок к французским мастерам в живописных поисках 1890-х годов. По приезде из Франции он попытался освоить световоздушную среду так, как позволяла ему именно родная русская традиция. В условиях 1870-х годов его живописная речь не была реформаторской, подобно языку французских импрессионистов. На переломе 1870-1880-х годов Куинджи написаны "Днепр утром" (1881) и "Север" (1879). Импрессионистические попытки свидетельствовали о том, что Куинджи больше не удовлетворяли достигнутые успехи, что он желал постичь характер влияния воздушной среды на предметную и тоновую окраску. Это хорошо видно в многочисленных этюдах 1870-х годов. Увлеченность художника проблемой выражения воздушной среды, будто вибрирующей под действием авторского настроения, очевидна. Ранее художник писал небо широкими тоновыми заливками цвета. Теперь он отказался от красочной плотности, сменив ее на цветовую прерывистость. Однако в "Севере" Куинджи не просто пробовал свои силы как импрессионист, а соизмерял найденный пластический прием перламутрового мерцания цвета с импрессионистической вибрацией воздушной среды, достигнутой разделением цветного мазка. Он преследовал параллельную задачу: добиться панорамного образа земли, убывающей в туманных далях. Земля созерцается «общим планом». Она кажется задавленной небом, ибо композиционно состыкованные плоскости земли и неба отдают явное предпочтение небесному пространству. Легкое мерцание цветов неба не желает поглощать цвета каменистого плато. В картине словно борются две сферы: одна — далекая, другая — высокая, пространственная. Понятно, что в этой картине земных противостояний Куинджи не мыслит прямыми значениями предметов, а символизирует их.

Попробовав в начале 1880-х годов освоить воздушную среду методом близким импрессионистам в картинах Север и Днепр утром, Куинджи в последующие годы не оставил этого интереса, хотя одновременно его волновали другие проблемы. В импрессионизме его интересовала тончайшая игра цвета на световом фоне. Задолго до лондонских туманов Клода Моне Куинджи разрабатывал эту область пластики, расширяя выразительные возможности живописи. Александр Бенуа высказался о Куинджи как о грубом и неотесанном самородке, пришедшем к импрессионизму ничуть не позже, чем сами импрессионисты. Он сравнил значение Куинджи для русского искусства с ролью Клода Моне – для французского. Однако Бенуа не мог правильно оценить Куинджи, не видя его «затворнических» произведений. В период «молчания» импрессионистические поиски Куинджи не вышли за рамки этюдов. Правда, художник предпринял попытку создать по многочисленным этюдным разработкам картину "Туман на море" (1905-1908, ГРМ), оставшуюся незаконченной. И, видимо, неспроста. «Туманный» импрессионистический материал, располагающий к тихому интимному переживанию мира, не мог создать панорамную картину мира, широкоформатную композицию. Но даже в незавершенной картине видно, как тонко уловил художник движение воздушных потоков, как логично распределил он по плоскости холста сгущение воздушных масс, концентрацию света, формирование облаков, как передал малейшие световые переливы. Это внимание к теме зарождения и движения воздушных стихий, интерес к небесным сферам как особой области освоения и размышления передались его ученикам, прежде всего Константину Богаевскому и Николаю Рериху. Среди этюдов Куинджи имеются такие, которые, подобно саврасовскому "Дворику", чутко передают состояние погоды: сырость, таяние снега, слякоть или влажный воздух, растворяющий очертания предметов (Зима, 1885-1890; Зима, 1908-1909; Зима, 1890-1895, все — ГРМ), увиденных через влажный воздух. Эти маленькие этюды, примечательные легкостью исполнения на бумаге, изумительны по меткости и точности передачи ощущения, как бы фиксирующего эмоциональные состояния человека.

В итоге импрессионизм не стал для Куинджи целью, как это произошло в произведениях Константина Коровина, Игоря Грабаря или Василия Переплетчикова, а лишь средством совершенствования декоративной пластики. Импрессионистический опыт маленьких этюдных и эскизных работ Куинджи представляется как бы примериванием к послепленэрной фазе реалистического освоения природы.


Горы и облака (Эскиз)

Горы (1890 г.)

Горы (1895 г.)



Главная > О творчестве > Куинджи и импрессионисты
 
     

Перепечатка и использование материалов допускается с условием размещения ссылки Архип Иванович Куинджи. Сайт художника.